omnibus2012: (Default)


1. Евгений Евтушенко в 1950-х. Первый сборник его стихотворений опубликовали в 1952 году, когда Евтушенко было 19 лет


2. Евгений Евтушенко читает стихи, декабрь 1962 года.


3. Тот же творческий вечер, что и на предыдущей фотографии, вид со сцены. Декабрь 1962 года.


4. Евгений Евтушенко у себя в квартире, январь 1963 года.


5. Евгений Евтушенко на съезде Союза писателей СССР, июнь 1971 года


6. Евгений Евтушенко с сыном, август 1972 года.


7. Евгений Евтушенко на вечере поэзии в Лужниках, 1 сентября 1976 года


8. Евгений Евтушенко в роли Константина Циолковского на съемочной площадке фильма «Взлет» режиссера Саввы Кулиша: май 1978 года.


9. Евгений Евтушенко в 1979 году.


10. Евгений Евтушенко в цехе Московского станкостроительного завода имени Серго Орджоникидзе, январь 1980 года.


11. На съезде КПСС в феврале 1981 года. На переднем плане — поэты Роберт Рождественский и Евгений Евтушенко.


12. Евгений Евтушенко и его третья жена Джен Батлер на даче в Переделкине, 1983 год.


13. Евгений Евтушенко был режиссером двух фильмов: «Детский сад» и «Похороны Сталина». Эта фотография сделана во время съемок «Детского сада» в 1983 году.


14. В 1989–1991 годах Евгений Евтушенко был народным депутатом СССР от Дзержинского территориального избирательного округа Харькова. Фотография сделана в 1991 году.


15. Почти сразу после распада СССР Евгений Евтушенко переехал в США. Эта фотография сделана в 1994 году во время одного из выступлений в Нью-Йорке.


16. Евгений Евтушенко в рок-опере "Идут белые снега", написанной на его стихи. Декабрь 2007 года.


17. Евгений Евтушенко во время выступления в культурном центре ЗИЛ в Москве: январь 2015 года.


18. Евгений Евтушенко во время визита в Российский государственный социальный университет, январь 2015 года.


19. Евгений Евтушенко в июле 2016 года на открытии памятника поэтам-шестидесятникам Зураба Церетели в Твери.


20. Евгений Евтушенко по видеосвязи участвует в московских мероприятиях, посвященных его грядущему 85-летию. Март 2017 года.


Источник
omnibus2012: (Default)


Они все теперь там.... "Нету их. И все разрешено" (Д.С.Самойлов)

omnibus2012: (украина)
Уже скоро будет три года этой войне. Я вспомнил старую статью одного блогера. И решил её прокомментировать сейчас, с учётом сложившейся ситуации.
Оригинал взят у [livejournal.com profile] politichanka в Семь причин, почему мужчины Донбасса не хотят воевать
После общения с донецкими для меня теперь более ясной стала картина, почему донецкие мужчины не хотят воевать в рядах ополченцев на Донбассе и защищать свою землю.

Выделю семь причин:

Далее к каждой причине жирным курсивом мой современный комментарий:

1. Отсутствие авторитетного лидера среди ополченцев.
Стрелков – москвич. Бородай – москвич. Пушилин - бывший МММ-щик, кинувший полгорода на деньги, ездил в роскошных машинах с толпой охраны, покупал себе дорогие костюмы, обедал в лучших ресторанах.
Москвичей с их снобскими высокомерными замашками традиционно не любят. Местному авторитетному лидеру доверяли бы больше. МММ-щиков, сорящих деньгами, также как правило не любят. Другими словами – нет на Донбассе своего Чалого, способного вызвать доверие у населения.
Не важно откуда человек. Важно другое - народ ничего не решает. Руководителей ставят сверху олигархически-властные круги местного и московского разлива. Нормальных людей просто туда не пускают. Все кто хоть что-то имеют сказать против власти подвергаются физическому устранению. Поэтому Захарченко и может посоревноваться в антирейтинге с Порошенко на украине. Кругом одни мудаки. И за них кровь проливать...
Далее )
omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] andrey_19_73 в "Ищите женщину..."
Самоубийства в армии вещь не частная. Но иногда случаются и они. А если дело доходит до самоубийств в офицерской среде, то как правило, причина здесь в девяноста процентов случаев одна. И имя ей - женщина.

Read more... )

omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] maxfux в Как я учил «еврейский» язык
Родители говорили непонятно. Потрясая перед папиным лицом авоськой гнилой картошки, мама спрашивала:
— Что ты, поц ин тухес*, купил?
Что такое «поц ин тухес»? — встревал я.
— Это... — «дорогой человек», — слегка смутившись, отвечала мама.

— Как Брежнев?
— Ой, вей — она хваталась за сердце. — Кто тебе это сказал?
— Папа.
Отец ухмылялся.
— Чему ты ухмыляешься?.. Если этот шлемазл* где-то скажет...
— А что такое «шлемазл»?
Read more... )

omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [Bad username or site: varlamov.ru @ livejournal.com] в Православное чудо

п
Задумывались, почему мироточат иконы, бюсты Николая II и прочие артефакты? На самом деле не всё так просто, как кажется:

Read more... )
omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] oldfisher_mk в Только со зрелыми РСПешками
В Русском Мире русачку уже давно не светит затеять с молодой красивой дамой, если только русачок не олигарх...
Поэтому русачки сейчас массово затевают со зрелыми РСПешками (разведёнками с прицепом)...
Но до самого последнего времени у русачков была одна альтернатива...
В Русском Мире достаточно демократичные цены на проституток, от двух тысяч рублей в час...
Это значит, что даже очень бедный русачок хотя бы раз в месяц мог купить себе час секса с дамой по своему вкусу...
А многие предприимчивые русачки стали использовать эту возможность по хитрому...
У русачков сейчас стало модным жениться на проститутках, с которыми они таким способом знакомились...
То есть, если русачок не хочет затевать со зрелой РСПешкой, он покупает себе молодую и красивую даму, потом снова покупает её же, а потом начинает затевать создание с ней семьи...
Мне лично администраторша крупнейшей в Харькове сети борделей про эту тенденцию рассказывала в сентябре...
Получется, что русачки нашли лазейку,чтобы находить себе молодых жён не РСПешек...
Но похоже и эту нишу русачкам собираются заколотить наглухо...
Из солнечной Латвии пришли тревожные новости https://newsib.net/v-mire/podnyat-minimalnyj-vozrast-prostitutok.html

"МВД страны предложило повысить минимальный возраст для оказания сексуальных услуг.  Правоохранительные органы хотят разрешить заниматься проституцией не с 18, а с 25 лет.
Госсекретарь ведомства Дмитрий Трофимов уверен, что увеличение минимального возраста в этой сфере деятельности положительно отразиться на молодых людях. По его мнению, действующее законодательство «даёт сигнал» выпускникам школ, что они могут официально оказывать сексуальные услуги после совершеннолетия. У детей пропадает стимул поступать в высшие учебные заведения, получать навыки определенной профессии, чтобы в дальнейшем устроиться на хорошую работу.
«Если возраст будет повышен до 25 лет, государство даст сигнал молодежи, что можно найти и нормальные виды деятельности в жизни», — добавил Трофимов."


Нормальная фигня???
Теперь русачку и за свои деньги молодую даму не купить!!!
Только зрелых РСПешек!!!
И пусть никого не обманывает, что Латвия это не Русскй Мир...
Там русачков больше половины населения...
А самое главное- это не важно, где впервые озвучена интересная идея, в Русском Мире её с энтузиазмом возьмут на вооружение...
Можете не сомневаться, русачки...
А потом вообще введут законодательный запрет для русачков занимться сексом с дамами моложе 25 лет, с любыми дамами, иначе статья за педофилию...
Для русских дам такой запрет ничего не поменяет, молодые высокие и стройные русские дамы до 45 лет всё равно все сейчас олигархождалки...
А для секса у русских дам есть хачи, турки, арабы...
То есть русачок по любому лишний на этом празднике жизни, если он не олигарх...
Как любил говорить юрист Горбачёв, процесс пошёл...

omnibus2012: (Default)


Мир привык к беженцам из России — служивым, священникам, ученым, инженерам, врачам, юристам, журналистам. 1990–2010-е годы вновь принесли в Европу людей этих занятий, добавив менеджеров, дизайнеров и программистов. И порой они вписываются в ее жизнь успешнее прежних. Хотя и тем успех был не чужд.

— При желании можно выклянчить всё: деньги… славу… власть… Но только не Родину, господа! Особенно такую, как моя, — сообщает парижским клошарам белый генерал-майор Григорий Чарнота в пьесе Булгакова «Бег». Который очень хотел покинуть СССР, но не смог. А Чарнота смог. И вот, избежав чекистской пули, пьяно объявляет, что «Россия… не вмещается в шляпу, господа нищие!»

Нынче шляпы в Европе носят лишь немногие русские — люди экстравагантные. Неактуальный головной убор. Избегают они и общаться с нищими. И ничего не клянчат. Ни деньги — они их зарабатывают и получают в виде либо грантов на проекты, либо пособий на бедность. Ни славу — ее добывают талантом. Не выпрашивают власть, но порой к ней причастны, будучи избраны или назначены.

И уж подавно не выклянчивают они Родину. Булгаков и его герой угодили в капкан той эпохи, когда границы были на замке, эмиграция означала отъезд навсегда, а возвращение грозило гибелью.

Сейчас, несмотря на нервозные толки о возможном закрытии границ, европейские русские ничуть не чувствуют себя лишенными Родины.

Сакральные редуты ее рубежей все призрачнее, по мере того как развитой мир все прозрачнее. А граница — место, где штампуют въезд и выезд. А в ЕС — символическая линия, скорее соединяющая ее части, чем разъединяющая их.

Советские эмигранты-генералы не льют пьяных слез в Сену, Босфор и Влтаву.

С несколькими я познакомился на приеме в честь 70-летия Победы в российском посольстве в Праге. Все — в погонах и орденах. Все живут в Чехии.

А во Франции живут потомки русских генералов. Как и других изгнанников прежних волн. А к большинству представителей волны четвертой слово «изгнанники» не подходит. Хотя число получающих политическое убежище растет.

Недавно в Париже прошли торжества, посвященные 150-летию русского философа-экзистенциалиста Льва Шестова (Иегуды Лейбы Шварцмана), устроенные культурологом Анной Лоран. Здесь выставка «Мыслитель из Серебряного века» и прекрасные концерты, где музыканты, в том числе и родом из России, чудно играли Скрябина, «круглые столы» в знаменитом издательстве зарубежья «YMCA-пресс» и в Сорбонне.

Здесь он преподавал, изучал Кьеркегора, Паскаля, Спинозу. Здесь выходили его книги. В 1920–30-х годах общению с ним были рады Гуссерль, Мальро, Хайдеггер…

А в нынешнем марте — апреле на торжествах в его честь тусовалась обаятельная интеллектуальная «толпа», многоцветная и многоязыкая. Но большей частью хорошо говорящая на русском. Как и сама Анна Лоран — милейшая хозяйка квартиры, уставленной сотнями книг и увешанной картинами разных эпох, стилей и авторов от давних мастеров до Митьков. На устроенном ею приеме вечерние платья дружили с кожанками, галстуки-бабочки — с грубыми шарфами, бордо — с квасом.

Не совсем к месту припомнилось из Некрасова: «В Петербурге шампанское с квасом попивали из древних ковшей, а в Москве восхваляли с экстазом допетровский порядок вещей…» Это про певцов самовитости с капустой из щей в нечесаных бородах.

Схожие персонажи — любители шансона и маек с «вежливыми людьми» — встречаются и в Европе. Они любят, взяв вас за пуговицу, засипеть: «С-с-с-с-сталин-талин-талин» или, крякнув, зашипеть: «Наш-наш-наш-ш-ш».

Что ж,
портрет русской диаспоры отчасти повторяет Россию: ясно видны, с одной стороны, творческие профессионалы и дельцы, приехавшие за новыми достижениями, с другой — лица с туманной идентичностью, бежавшие от неудач либо прибывшие с криминальными намерениями.

Есть и романтики дальних странствий. Есть искатели тихой пристани. Но они слабо заметны. Одни — вечно в движении. Другие — тихи.

Успешные же заметны. Как и те, кого здесь, как и в России, порой зовут «ватниками». Часто они плохо знают язык страны, где оказались. Или не знают вовсе. Не вписываются в сообщество энергичных и деятельных европейцев, а вливаются в слой социально уязвимых, который есть даже в самой развитой социальной системе. Живут на случайные заработки или пособие, боятся, что мигранты с юга — «новые нахлебники» — оттяпают их часть социального пирога. И ненавидят успешных земляков.

На приеме у Анны Лоран таких, конечно, не наблюдалось. Не пахло там синтетической сермягой и агрессивной лапотностью. Там люди науки и искусства с удовольствием пили квас.

Он в Париже бóльшая редкость, чем доброе вино. Но доступен. К вашим услугам магазины «Гастрономъ», «Русский шато», «Престиж», «Тройка», La Volga и другие.

Дельцов среди заграничных русских много. За постсоветские почти четверть века они энергично освоили открытый мир.

И наполнили материк от Находки до Лиссабона колоритными торговыми точками, отелями и другими бизнесами.

Но часто трудятся не в этнических заведениях, а в местных. Выйдите в Лиссабоне на улицу Аугушта с чередой ресторанов и не дивитесь, когда вас пригласят отобедать на русском языке. До 2014-го гости из стран, где его знают, приносили хороший доход…

То же и с магазинами.

Говорят, бóльшую часть «русских лавок» держат украинцы. А продукты везут из Германии.

Но как ни крути, а там можно купить то, что больше нигде и никак. В отличие от рижской «Столичной», которая есть везде, только здесь найдешь пачку пельменей, тортик «Сказка», зефир в шоколаде, конфеты «Вечерний звон», книгу поэта Орлуши, икону святителя Николая или, к примеру, свеклу.

Решили мы в Женеве сочинить borzch. Иные снобы поди сморщатся: это, мол, не русская кухня. Но мы не снобы и пошли за капустой и прочим. Всё купили. А свеклы не нашли. Нигде. Только в магазине «Спутник». И в котел ее. Пока варили, аромат шел такой, что, едва погасили газ, глядь — а здесь пол-Женевы. И не русской (хотя и она немала), а просто — Женевы. Спасибо «Спутнику».

А потом пошли в «Русский кружок» — клуб, созданный в университете одним из самых ярких современных славистов, потомком русских эмигрантов Жоржем Нива. Там проходят встречи с навещающими Женеву интересными людьми, включая Солженицына и Галича, Прилепина и Быкова плюс еще многих и многих.

Схожие клубы есть во многих столицах и крупных городах.

А русские магазины — похоже, во всех. Уже и в Осло открыли «Теремок». А в Рейкьявике — «Карпаты». Название не вполне политкорректное. Но уж какое есть. И есть там почти всё. Говорят, даже сгущенка.

То же — в Праге. От «Ласточек» в разных районах до «Авоськи» в интернете. На улицах — стикеры и афиши коллективов от группы «Звери» до ансамбля Александрова. Значит, есть любители. Впрочем, в последний приезд артистов в мундирах в Праге встретил пикет протеста, устроенный эмигрантами из России.

Не скажу, что все пражане-россияне политизированы. Не все они либералы. Не все любят искусство. Ровно как в России — в процентном, конечно, отношении.

Меж тем в Чехии ежегодно проходит несколько ярких русских событий.

Скоро стартует проект «Серебряный лучник» — конкурс и премия в области PR и сопредельных отраслей.

Ассоциация «Русская традиция» бережно хранит наследие изгнанников прежних волн. И издает журнал «Русское слово» — один из лучших в зарубежье.

Литературный фестиваль «Славянские традиции» поэта Ирины Силецкой собирает русскоязычных участников из Чехии, России, Германии, Дании и других стран.

Фестиваль актуальной российской культуры Kulturus уже третий год организует художник Антон Литвин. В 2014-м писали, что он «прошел по Праге от «майдана» до Крыма» и привлек немало чехов. А в 2015-м — еще больше. Вот в кафе Liberal дискутируют видный славист Томаш Гланц и Лев Рубинштейн. Вот издатель подпольного журнала 1970-х Vokno Франтишек Старек и Артемий Троицкий обсуждают в библиотеке Вацлава Гавела цензуру, «золотые годы самиздата» и наши дни, когда художнику можно все, а куда ни кинь — запрет.

Петр Колар, недавний посол Чехии в Москве, и журналист «Господарских новин» Ондра Соукуп толкуют в Карловом университете с публицистом Александром Морозовым о «России как проблеме». Соглашаются: решать ее — россиянам, а дело Запада — помочь тем, кто «в России живет в поле европейской культуры».

С их выводом «рифмуется» лекция главы фонда ИНДЕМ Георгия Сатарова. Он считает, что миссия России — «ставить на европейских путях знаки «Осторожно! Мины!». А сама она ищет самые опасные тропы и несется по ним без оглядки. И этим (в том числе) не схожа с Европой.

Но при этом обе они — части причудливого узора общей исторической ткани, сотканной из миллионов судеб. Их не разорвать. Они делят общее культурно-историческое пространство и общие вызовы: терроризм, миграцию, преступность, экологические, экономические и прочие кризисы.

Ответим ли мы на их? Не знаю. Но, думаю, лучше завершить пробежку по ухабам истории в демократическом и европейском будущем. А пока…

От Праги два часа на автобусе до Дрездена. А там — ресторан «Санкт-Петербург».

В Гамбурге — магазины «Радуга» и «Довгань». В Берлине — «Столичный», «Прима», «Россия» и, как и положено, «Березка».

При этом Берлин — столица страны, где, по разным данным, от 2,5 млн до 6 млн жителей говорят на русском как на родном.

Здесь в 1930-х издательство «Скифы» печатало изгнанников, а сегодня внук белого офицера Александр фон Ган возрождает основанный в 1920-х годах «Русский совет». И в его новом манифесте требует«возрождения России, восстановления прав… граждан, изменения выборного законодательства, созыва Всероссийского земского собора», призывает «сбросить позорные цепи безразличия к судьбе Родины» и критикует политику Кремля, утверждая, что «русский мир» — это не насилие, а сострадание.

Эмигранты-активисты — гуманисты. Когда-то в Европе такие идеи впитали декабристы. Им следуют новые «Декабристы» — союз Decembrists. Его девиз: «Права человека и культурное разнообразие для Восточной Европы». А задача — поддерживать протестующих художников и вообще гражданское общество в постсоциалистических странах. Создатели общества были наблюдателями на выборах в Думу в посольстве России в ФРГ. Там и познакомились. И решили координировать действия неравнодушных русскоязычных берлинцев.

10 декабря 2011 года почти тысяча соотечественников пришли к посольству, возмущаясь итогами выборов в Думу. 24 декабря они украсили белыми лентами елку у Бранденбургских ворот. Ролик об этом показал «Дождь». И дело пошло.

Сейчас среди проектов «Декабристов» — «Власть. Политическая карикатура в Европе»; «Искусство как мост для диалога» — программа сотрудничества деятелей культуры, активистов, арт-менеджеров из Восточной Европы с коллегами из ЕС; «Школа социального предпринимательства», ее задача — развитие общественных инноваций. Проект включает обучение созданию устойчивых бизнес-моделей в области переработки отходов, общественных пространств и урбанистики, филантропии и волонтерства. Нынче социальные инновации — актуальный тренд.

В фильме «Кабаре» Лайза Миннелли поет: «Европа велика. Не только вдоль, но и поперек. Даже если пытаться, не пройти ее всю…»

Ее сложная и богатая событиями жизнь постоянно менялась и меняется сейчас. И возможно, в ней судьба России. Хотя после иных жестов власти и телевыкриков вроде «Теракты… будут идти по всей Европе... Пусть они там подыхают и погибают» кажется, что это дело очень далекого будущего.

Но «русская Европа» уже есть. Она тоже велика и невероятно интересна. Ее история богата. В ней живут Тургенев, Толстой, Кропоткин, Брюллов и еще тысячи удивительных людей. Она достойна многих книг. Но и в десятках книг и очерков все равно не рассказать о ней все. Но, как поют в том же фильме, «я делаю, что могу…»

Источник
omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] solotony2 в Квасим капусту
У одного моего знакомого работают две супружеские пары. Одна пара с Западной Украины, а другая - откуда-то из под Донецка.
Живут они под одной крышей, делают одно дело и вполне себе уживаются.
И вот, попросил мой друг, чтобы я им рассказал, как квасить капусту. Пока рассказывал, понял, что ни те, ни другие капусты никогда не квасили и не умеют этого делать. "А у нас всегда бабушка", "У нас мама хорошо квасит, мы у нее берем", "Ой, да шо я буду заморачиваться - у нас на рынке!.."
Понимаете, в чем ужас? Этих людей уже нельзя назвать молодежью, у них уже дети взрослые - не то вот-вот женятся, не то молодожены с маленькими детьми. То есть то поколение, которое должно научить молодых, передать им элементарные навыки, само не умеет заквасить капусту!
Пришлось ехать мне к знакомому самому и руководить процессом, а заодно и учить взрослых людей, как заготовить капусту таким образом, чтобы она вызывала восхищение и разжигала аппетит. Но все это было пару лет назад.
Между тем, в этом году хорошая капуста в Москве только-только появилась. Знаете, какая, да? Сорт называется "Слава", она как бы сплюснутая, не совсем круглая и листочки у нее тоненькие. Капусту принято квасить когда ее уже прихватило морозцем. Вот именно такая с неделю назад и появилась на рыках и мы уже заквасили две бочки простой, как на фото сверху - семья, слава Богу, растет, да и друзей много, хочется угостить того, другого и этого.
Поэтому решил и с вами еще раз поделиться основной информацией о том, как квасить капусту.

Read more... )



Оригинал взят у [livejournal.com profile] stalic в Ужас охватывает мое сердце!
Сеанс-без-названия1975

omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] kulturologia в Театр: Рудольф Нуреев и Эрик Брун: странности любви на фоне балетных па

Порой любовь приобретает весьма неожиданные формы и может в корне изменить жизнь людей, в сердца которых попали стрелы Амура. Именно так случилось и с артистами балета, которых связывало не только творчество, но и страстные чувства. Гении танца, они брали от жизни, что хотели: удовольствия, деньги, славу и преклонение. Но с личным счастьем всё обстояло гораздо сложнее...

Подробнее..

omnibus2012: (Default)
С Олегом я прожила счастливую жизнь. Не прилагая особых усилий, он сделал меня совершенно другой: я забыла о прежней Лизе Апраксиной и одолела профессию жены Художника, которому трудно. Хоть и научилась смотреть на все его глазами, жить его делами, все равно он так и остался для меня загадкой. Прекрасной. Я умерла вместе с ним. Сохранилось нечто, что знает о нашей жизни. Когда думаю о прошлом, вспоминаю их – Лизу и Олега, а не себя и его.

Я выросла в знаменитой в Ленинграде писательской надстройке на канале Грибоедова, где когда-то жили Шварц и Зощенко – друзья моего деда, профессора филологии Бориса Эйхенбаума. Я же – известная хулиганка – дружила только с мальчишками, причем исключительно со шпаной, водила домой всех дворовых «авторитетов», отчего дед с мамой приходили в ужас. А это было просто хитростью с моей стороны. Дело в том, что дом, в котором мы жили, был смешанного типа: нижние этажи – пролетарские, а верхние три – писательская надстройка. Дед именовал его «недоскребом». Нижние этажи дружно обзывали нас «писательскими суками», «профессорскими стервами» и запросто могли запустить вслед камнем. Я быстро поняла, что с «нижними» необходимо подружиться, и стала у них чуть ли не заводилой. Если кому-то из писательских девчонок нужно было идти через наш большой двор-колодец, просили меня: «Лиза, проводи!» Потом в одного из шпанят, Витю Лосева по кличке Лось, даже влюбилась. Помню, дед был в шоке от объекта моей страсти и как-то за чаем обидно скаламбурил: «Я видел Витю Лосева, ничего холосева». Я заплакала. И продолжала любить Витьку, хоть он и не обращал на меня никакого внимания.

На нашей лестничной площадке жил Мишка Козаков, сын одноименного писателя. Он был старше меня на три-четыре года, поэтому рядом с ним я «ходила в детях». Мы даже в одной школе учились, немецкой, Петершуле, но на разных «половинах»: он – на мужской, я – на женской. Вся моя половина была поголовно влюблена в Козакова, необыкновенно красивого и к тому же талантливого. Он занимался во всех кружках: и хореографическом, и драматическом, и фехтовальном... Мы дружили с Козаковыми семьями и часто приглашали на дом фотографа, чтобы сделать снимки на память. Все, не сговариваясь, хотели сняться вместе с Мишкой – настолько он был прекрасен, наш семейный альбом был просто забит фотографиями с ним. Но однажды вдруг обнаружилось, что осталась всего одна – остальные украли. А я все удивлялась: и что это у меня постоянно толкутся одноклассницы?! Когда родители (отец умер в блокаду, и мне его заменил дед) уходили в гости, меня подкидывали Козаковым. Мишка относился ко мне снисходительно – я была для него ребенком. Видимо, поэтому я допускалась к игре в дурака. Естественно, всегда проигрывала и приходила домой вся в черных пятнах от жженой пробки, которой проигравшему ставились отметины на лице. Однажды мне разрешили встретить Новый год во взрослой компании Миши – я уже училась в девятом классе. В ту пору у него был серьезный роман с будущей женой Гретой. Я чувствовала себя не в своей тарелке, потому что там и выпивали, и целовались во всех пяти комнатах огромной квартиры. И когда ко мне пристал с поцелуями его друг Юра, я в слезах убежала домой.

– И что, так продолжалось до вашей свадьбы?

Вообще период до первого замужества был у меня очень бурный; признаюсь – я жила двойной жизнью. У нас в доме обожали собираться гости, несмотря на то что деда выгнали из университета и Пушкинского дома за «формализм и космополитизм». Анатолий Мариенгоф с женой, актрисой Никритиной, Козаковы, Шварцы, иногда Ольга Берггольц (правда, редко – она пила, и ее старались не приглашать), артист Игорь Горбачев, Юрий Герман, отец Алеши, писатель Израиль Моисеевич Меттер, автор сценария «Ко мне, Мухтар!», тайком от деда в портфелях приносили прямо на кухню продукты. А тот все удивлялся и спрашивал у дочери: «Оля, откуда у нас такое изобилие, ведь денег нет?»

Меня, пятнадцатилетнюю, уже допускали к столу и даже наливали рюмочку коньяка. Мы сидели с Мишкой с гостями, пока Мариенгоф не начинал рассказывать свои любимые скабрезные анекдоты. Тогда раздавалась команда: «Диван!» – и Мишка уходил в соседнюю квартиру, а я в свою комнату. Так вот, 45-летний Меттер был невероятным сердцеедом, несмотря на молодую очаровательную жену-балерину из Мариинки. Однажды он постучался ко мне и пригласил танцевать на взрослую половину. Все присутствующие смеялись: «Вот и у Лизы кавалер появился!» С этих пор мы с ним «стали гулять» – он жил через дорогу, за Исаакиевским, и мы выгуливали его фокстерьера Тришку, потом Меттер долго провожал меня до дома. Стояли белые ночи. Его жена уехала на гастроли в Париж, так что наш тайный платонический роман развивался стремительно. Пока... не перерос во взрослый. Мы, абсолютно не скрываясь, ходили в рестораны, Дом писателей. Мне было хорошо с ним, хоть я не понимала ничего во взрослой любви – просто приятно, и все! Вечером я тянула из прихожей в свою комнату телефон, и мы разговаривали до утра. Однажды он, не выдержав, пришел ночью к нам домой, поскребся у входной двери, а так как моя комната была ближе других, я услышала и открыла. Меттер стоял на пороге с туфлями в руках. Мы шмыгнули в мою комнату и замерли в страхе: кто же зайдет первым – дед или мама? В шесть утра он тихонько ушел. А за завтраком дед вдруг говорит: «Оля, ты знаешь, я сегодня ночью решил, что наша Лизка завела любовника. Уже было ноги спустил с постели, когда понял, что она кота выпустила в коридор». Я похолодела.

Первой о нас узнала мама. Оказывается, я во сне звала своего тайного любовника. Она исцарапала Меттеру все лицо, но тот стоял на своем: «Если мне предложат сейчас царевну, я все равно выберу Лизу». Мама поняла, что сделать ничего не может, и стала нас покрывать – каждый раз звонила: «Лиза, мы возвращаемся». Но когда об этом наконец узнал дед, началось такое! Ведь Меттер был близким другом семьи. Вначале его избил Виктор Шкловский, потом Миша Козаков надавал оплеух. История прошумела на весь Ленинград. Несчастного соблазнителя осудил Союз писателей, и его сослали на несколько месяцев в Калугу. Сейчас я понимаю, что совсем тогда не любила – это была просто первая женская страсть к мужчине. Я ведь даже никогда не называла его как все, Селик, а обращалась только по имени-отчеству и на «вы». Слава Богу, что он оказался опытным и терпеливым и не развил во мне отвращение к сексу. Мы встречались и потом...

Кстати, именно благодаря этой истории узнала, что Лешка Герман, оказывается, был влюблен в меня с восьмого класса. Мы как-то встретились с ним в Доме творчества в Репине, и он признался: «Знаешь, весь восьмой класс у меня прошел под девизом «Лиза Апраксина». Но однажды ночью, возвращаясь домой, увидел, как на канале Грибоедова ты целовалась с Селиком. Я не бросился в воду только потому, что там плавают какашки». Он никому не сказал об этом, даже отцу. Лешка был известным «авторитетом» в своем районе, жил недалеко, на Марсовом поле, и часто мне важно говорил: «Лиза, если кто будет приставать, скажи: «Сейчас Лешика позову», и от тебя тут же отстанут».

– А какими для вас были последствия этого романа?

Когда я в восемнадцать лет собралась замуж за Леню Квинихидзе, моего ровесника, он мне устроил допрос с пристрастием: «Правда ли то, что говорили о тебе и Меттере? И девушка ли ты?» Я сказала: «Это все правда». Он долго бесновался, кричал, плакал, а потом смирился, и мы все-таки поженились. Тогда он носил фамилию папы, известного режиссера Файнциммера, и стоял перед выбором – взять ли мою девичью фамилию Апраксина, или мамину Квинихидзе: он тоже, как и папа, решил стать режиссером и не хотел, чтобы их путали. В итоге выбрал мамину. Потом, много лет спустя, когда мы уже встречались как друзья, он пожаловался: «Зря я твою фамилию не взял, теперь мне одни грузины звонят и пишут». Мы жили с Леней в соседних домах, и наша женитьба свелась к перетаскиванию двуспальной кровати красного дерева из его подъезда в мой. А помогал нам внук Ворошилова, Володя. Мы неоднократно то сходились, то расходились, вместе практически и не жили. Вплоть до встречи с Олегом мы с Леней бегали друг к другу; но то он был несвободен, то я... И тем не менее нам удалось сохранить теплые дружеские отношения. Именно благодаря ему я получила прекрасную профессию монтажера.

Когда мы с Леней разошлись, меня закружило. Я очень легко влюблялась. При этом, отмечу, у меня никогда не было плохой репутации. Один их моих возлюбленных, молодой литератор, безумный бабник, изменял мне направо и налево. Помню, пришла к нему утром, а у него в постели – блондинка. На вопрос «Кто это?» он невозмутимо ответил: «Понятия не имею». К радости мамы, я с ним вскоре разошлась. Однажды мои соседи, писатели Бакинские, папа с сыном, пригласили меня в гости. У них сидел Иосиф Бродский. Иосиф был уже очень известен в Ленинграде, но еще не во всем мире. Он сразу покорил меня тем, что спел в своем переводе «Лили Марлен», а потом пригласил танцевать. В ту пору мне было около тридцати, да и ему тоже. Кружа меня в танце, он как бы между прочим сказал: «Я хочу назначить тебе свидание». Я, как в гипнозе, киваю головой. «Давай встретимся завтра в четыре на середине Кировского моста». На следующий день я удрала с работы, иду по мосту и думаю: «А где же середина?» И тут натыкаюсь на Осю – мы интуитивно шли по одной стороне моста. Он повел меня в Петропавловскую крепость, по дороге читал стихи, пел, все время что-то рассказывал. Был такой смешной: рыжий, конопатый, но в джинсах, что в 60-х считалось очень престижным. Когда мы прощались, он витиевато заметил: «Я считаю, что самый лучший способ ухаживать за девушкой – это пригласить ее ночью покататься на велосипеде». Ровно в полночь он стоял под моим окном с велосипедом. Я спустилась вниз и с большим трудом уговорила его подняться и выпить кофе, а не рисковать моей жизнью. Мы затащили велосипед на четвертый этаж и расположились на балконе. Чудная белая ночь, крепкий кофе, тополь под окном. Бродский тут же стал громко читать свои стихи. Я замерла в ужасе: писательский дом, своих поэтов туча, сейчас непременно будет скандал. Но, слышу, окна открылись, и все молча слушают, внизу собралась небольшая кучка людей. Так мы просидели до утра: он все читал и читал, я сидела в благоговейном оцепенении и непрерывно варила кофе. С тех пор он иногда неожиданно появлялся и так же внезапно исчезал. Я знала, что у него есть женщина, с которой он живет, Марина. Позже она родила ему сына и тут же ушла к другому. Его сын узнал о том, кто его отец, только когда Бродский получил Нобелевскую премию. Один раз они даже увиделись, но чем-то не понравились друг другу, и общение на этом прекратилось.

– А вас что с ним связывало?

Я рискую вызвать насмешки или недоверие, но у нас был роман. Я бы сказала, романчик. Может быть, необычный... У нас с мамой было много знакомых в Америке. Я Осю познакомила с одним американцем, у которого он потом, до своей женитьбы в Нью-Йорке, жил. Помню, как-то я собиралась в Коктебель, и вдруг забежал Бродский. Он обрадовался, что еду в его любимое место, и дал адрес своего друга Миши Ардова. Приехав к морю, пришла по адресу – Ардов жил у Габричевских. В этом же доме отдыхали Толя Найман, Ия Саввина, Леня Минакер. Веселая компания просто спивалась, и я вместе с ней, хотя никогда не любила спиртное. У нас под кроватями стояли трехлитровые бутыли ворованного спирта «Светозар» и вина «Маруся» – рядышком, через дорогу, был пивзавод. Миша Ардов, который готовился стать священником, честно не пил до первой звезды. До сих пор храню в памяти совершенно романтические отношения с Мишей. Я сейчас очень хочу с ним повидаться, только не знаю, как сказать – «Здравствуйте, отец Михаил!» или: «Привет, Мишка...»

Я вернулась в Ленинград, наши встречи с Осей продолжались... Однажды он прибежал к маме необычайно счастливый: «Поздравьте меня, Ольга Борисовна, у меня родился сын, такой же рыжий и конопатый!» – «Да? А я думала, что у вас с Лизой серьезно». – «Ну что вы! Лизе нужен другой, красавец на кадиллаке!» Вот уж не знала, что он так обо мне думает. А может, это была просто рокировка? Но я не долго расстраивалась: в моей жизни появился Сергей Довлатов, который уже успел сразить меня наповал. Надо отметить, что женщины были от него без ума. Двухметрового роста красавец с огромными глазами, при этом абсолютно закомплексованный и робкий с поклонницами. Он всегда говорил: «Ну что я? Вы моего брата Борю не видели!» Я его отбила на одной вечеринке у какой-то девицы, причем знала, что он женат и у него есть дочка. У нас начался роман. Он был такой трогательный, ласковый... Хочу отметить, что мужчина оставался у меня ночевать только в том случае, если я в него была влюблена. Проходных коек никогда не было. И всегда, когда кто-то оставался в первый раз, утром завтракал вместе с мамой. Оля была таким человеком, что никто ее не смущался. Мы жили с ней после смерти деда как две нищие студентки – на макаронах с томатной пастой, иногда, очень редко, с котлетой. Правда, нам присылали тряпочки из-за границы, так что на одежду тратиться не приходилось. У нас были родственники и друзья за рубежом, родной брат мамы, между прочим, француз, воевал в «Нормандии-Неман», кстати, его отец был известным анархистом, правой рукой Махно. Так вот, помню, Сережа первый раз остался у нас, мы позавтракали, я ушла на студию. Звонит Оля: «Знаешь, что сделал Сережа? Где-то откопал банку краски и выкрасил весь балкон». А надо было знать, насколько он нехозяйственный и ленивый! И вот на фоне этого романа и появился в моей жизни Олег Даль.

Я работала с Григорием Козинцевым на его фильме «Король Лир» монтажером. Великий режиссер дружил с дедом и знал меня с пеленок. Я поехала со съемочной группой в Нарву. Даль, который играл Шута, жил через номер от меня. Однажды я ему показывала отснятый материал, он был таким тихим, вежливым, не заигрывал, как принято у актеров, с монтажницами. Выглядел очень забавно. Для роли ему выбрили голову, а отросшие волосики выкрасили в желтый цвет. Круглая желтая головка на тонкой шее, синие глаза и совершенно нематериальная фигура: в нем было скорее теловычитание, чем телосложение. Какое-то стилизованное совершенство! Его хотелось обнять и согреть – усталого мудрого мальчика с добрыми глазами. Олега еще в училище звали Арматурой и Шнурком. Как позже выяснилось, он совершенно меня не зафиксировал: «Ты знаешь, я шел однажды по улице Нарвы, увидел девушку и сказал сам себе: «Вот это моя баба». Только потом, много позже, он понял, что девушка на улице и я в монтажной – это одно и то же, хотя мы здоровались на площадке и встречались в гостинице. 19 августа, в свой день рождения, я пригласила всю группу в ресторан. Олег в том же ресторане ужинал, потом, увидев знакомых, подсел к нам. В конце вечера он пригласил меня танцевать, потом мы гуляли, в гостинице расстались. Я пошла в другой корпус к своему оператору Йонасу, а под утро, возвращаясь, споткнулась в холле о лежавшее на коврике длинное тело Олега. Когда присела и стала его поднимать, он закричал: «Эта улица моя!» Вышла горничная: «Бесполезно, я уже пыталась». Я все же потащила угловатое тяжелое тело наверх, пару раз мы с ним упали, наконец добреди до его номера. Сели у окна, шел дождь, Олег протрезвел, спел мне песню про дожди, и было просто хорошо. Он показался мне ужасно интересным, неожиданным. Потом Олег стал за мной ухаживать, наверное, это заметили окружающие. Помню, получила от своего оператора письмо, в котором он горько пошутил: «Чувствую, что скоро буду издольщиком, вернее издальщиком». Олег вернулся в Москву, в театр, а мы остались снимать «Лира». Прощаясь, он вдруг пригласил: «Приезжайте». И я решила отправиться в Москву – мне было важно выяснить, зацепило меня или нет. Приезжаю и в тот же вечер звоню в «Современник» за кулисы и прошу Олега. Он подошел. «Здравствуй, это Лиза», а мне в ответ холодно: «Какая Лиза?» В ту же ночь я села на поезд, вернулась в Ленинград и поставила на нем крест. Когда же через месяц он приехал досниматься, то бросился ко мне с объятиями как ни в чем не бывало. Об этом случае я напомнила ему только после женитьбы. Он сказал: «Когда я работаю, я даже с Папой Римским не стану говорить. Хорошо еще, что по матушке не послал!»

...Сережка Довлатов тем не менее продолжал появляться. Как-то мы с ним сидели на кухне, и вдруг раздался телефонный звонок: «Это Олег. Можно я приду?» Мы всей компанией пили водку, и вдруг в какой-то момент я поняла, что они пересиживают друг друга. А мне так захотелось, чтобы остался Олег! Я ему, улучив момент, шепнула: «Уходи вместе с ним, а потом вернись». Он недовольно дернул плечом и сделал злое лицо: «Зачем?» – «Ну пожалуйста!» Они ушли вместе, правда, в дверях долго расшаркивались, а через некоторое время Олег вернулся. Утром ему надо было срочно лететь в Среднюю Азию, и в пять утра он меня растолкал: «Пойдем разбудим Ольгу Борисовну, я хочу попросить твоей руки». Мы ее, бедняжку, разбудили, она спросонья сказала: «Олег Иванович, здесь не второй этаж, вы, как Подколесин, не сможете выпрыгнуть в окно! Могли бы и до утра подождать». Днем мне на работу позвонил обиженный Сережа, который, оказывается, выследил Олега: «Как подло ты меня вчера выставила! Что ты в нем нашла?» – «Сережа, я за него выхожу замуж». – «За этого крашеного щенка?!» Олег действительно едва доставал до плеча могучего Довлатова.

– И как вы поженились?

Он мне писал письма, очень лиричные, добрые, я влюбилась в него благодаря этим письмам. Когда он приехал, мы отправились в загс. Помню, я замерла на мгновение, заполняя графу о смене фамилии, и посмотрела на него. И поняла, что он хочет, чтобы я стала Даль. После загса пошли в кафе-мороженое, выпили шампанского. На свидетельстве о браке| Олег размашисто написал: «Олег+Лиза=Любовь». Нам дали три дня на медовый месяц. Это были счастливые дни, потом начались очень трудные будни, которые растянулись на два года...

Олег страшно пил. При этом делался похожим на Зилова из «Утиной охоты», даже страшнее. Себя он не способен был убить, но меня как-то чуть не зарезал. В Горьком на гастролях у него начался тяжелый запой, такое, знаете, недопитое состояние, когда человек совершенно озверевший. Было очень жарко, я лежала в номере в одном купальнике. Он водил ножом по моему животу и говорил: «Ну и что! Мне наплевать, я все равно жить не собираюсь». Насколько он был тонок, интеллигентен, великодушен, настолько же страшен, грязен и жесток в пьяном кураже. Я не спала, мучилась, пряталась, когда он приходил домой в хлам пьяный, с ним возилась Оля. При этом он был необычайно чистоплотен. В какой бы стадии ни находился, первым делом шел в ванную. Оля боялась, что он сорвет колонку, и всегда говорила: «Олежечка, ты не набрасывай крючок. Ляг в ванну, набери воду и позови меня. Я тебе помогу». Однажды Оля заходит в ванную и видит картину: лежит Олег Иванович во всем своем великолепии в холодной воде с погасшей сигаретой во рту и спит блаженным сном, даже не включив запальник. Она закрыла воду, наорала на него: «Я женщина, а ты лежишь передо мной в натуральном виде!» Помогла ему встать, накинула халат и положила его спать. Я в эту ночь спала на раскладушке. Денег не было, мы забыли, что такое кофе, продавали с Олей вещи, которые нам присылали из Франции. И как-то, когда он меня чуть не придушил и я, вырвавшись, просидела до вечера на чердаке, Оля, не выдержав, сказала ему: «Олег, уезжай в Москву» и дала на дорогу 25 рублей. Надо сказать, что он очень красиво ушел: помылся, элегантно оделся и зашел к нам на кухню: «Все. Поехал. Могу у себя оставить ключ от квартиры?» – «Да». Я уже опять его любила, сердце обливалось кровью, так мне было его жалко. Но все-таки удержалась и не побежала за ним. Это было в марте, а 1 апреля вдруг звонок: «Лизка, я зашился на два года!» «Это не повод для шуток!» – резко оборвала я его. Но это была правда, он в компании с Володей Высоцким действительно зашился. На следующий день вхожу в квартиру, Олег стоит у окна, делает жест рукой, я останавливаюсь. Он поворачивается спиной, расстегивает штаны и показывает заплатку на заднице: «Вот моя торпеда!» После торпеды прежний Олег исчез надолго, словно его и не было. Началась настоящая счастливая жизнь...

Последние десять лет, что мы прожили, он периодически запивал, когда у него кончался срок, потом опять подшивался и не пил годами. Предложить ему зашиться было невозможно, на это должен был решиться он сам. Говорил так: «Три дня не выпускай меня из квартиры, буду плакать, просить – не слушай. Через три дня едем к врачу». Он никогда не устраивал пьянок дома – если хотел выпить, уходил из дома в ВТО, ИДЛ, Дом кино. Терпеть не мог пьяных актерских компаний.

– Говорят, что пить он начал в театре «Современник»?

Когда Олег появился в театре, то почти сразу же женился на Нине Дорошиной. Они вместе снимались в фильме «Первый троллейбус». Дорошина долгое время была возлюбленной Олега Ефремова. Когда они с Ниной стали любовниками, Даль даже испугался: «Что я делаю?! Я увожу женщину у своего кумира!» В самый разгар их свадьбы Ефремов, уже хорошо принявший, сказал: «Ну, Нинок, посиди-ка у меня на коленях». Она села. Собственно, на этом свадьба и кончилась. И началось его прикладывание к бутылке. К тому же в театре в ту пору все поголовно очень сильно пили. Они с Ниной прожили какое-то время, она несколько раз пыталась покончить с собой, он ее таскал в Склифосовского, потом женился на Тане Лавровой, но тоже неудачно. Как-то мама спросила у него о причине развода, он ответил кратко: «Она была злая». И все, о Тане больше ни слова. Он не был бабником, хотя в него влюблялись безумно.

Он вообще отличался необыкновенным благородством. В нем чувствовалась порода. Недаром ведь, когда он пришел учиться в Щепкинское, педагог сразу ему посоветовал: «Пойди в Третьяковку и посмотри, каким ты будешь в старости». Он имел в виду «Портрет Даля в кресле». У Олега часто спрашивали, не родственник ли он Владимиру Ивановичу Далю, автору знаменитого словаря. После смерти Олега в Ленинграде была проведена специальная криминалистическая экспертиза, которая сделала вывод, что он – правнук Даля в пятом колене по побочной линии. Ветвь великого Даля оборвалась на Олеге. Сам Олег на вопрос, есть ли у него дети, однажды ответил так: «Этого я не знаю». За что ему сильно попало от руководства Общества «Знание», которое устраивало эту встречу: «Как это не знать, есть ли у тебя дети? Это просто безнравственно!» Кстати, на той же встрече ему прислали записку: «А правда, что Высоцкий – еврей?» Он прочитал вслух и спросил: «А что это такое?»

Так вот, Ефремова Даль до определенного времени боготворил, но не простил ему ухода, измены «Современнику». Они в 1977-м вместе летели в Чехословакию. Олег немножко выпил, подошел к Ефремову и спросил: «Олег Николаевич, почему вы не застрелились?» Он был убежден, что Ефремов сам себя предал. У него были дворянские представления о чести.

– Откуда в нем это? От родителей?

Не знаю. Вся его родня по матери – потомственные учителя, а отец – крупный железнодорожный инженер, партийный человек. В детстве Олег мечтал стать летчиком, но еще в школе сорвал сердце игрой в баскетбол. В какой-то момент вдруг понял, что если станет артистом, то будет и летчиком, и любимым Печориным. Родители совершенно не понимали его желания стать актером. Мама Олега часто говорила: «Что это за профессия – кривляться на сцене?» Когда он все же стал артистом, они хотели, чтобы сын играл директоров заводов или секретарей райкомов и получал звания. А он предпочитал сказки и Шекспира.

– Вы работали с ним вместе на всех его картинах?

Олег, после того как «зашился», «снял» меня с работы. Я часто заводила разговор о службе, но он всегда отвечал на это: «Те сто рублей, которые ты заработаешь, я и сам в дом принесу. Хочу, чтобы ты всегда ездила со мной на съемки». Мне было так трудно вначале! Однажды за обедом он заметил, что я не ем, испросил: «В чем дело?» – «Не могу есть чужой хлеб». Он ответил: «Больная – лечись». После этого я поняла, что хорошая жена – это тоже профессия. Я побывала с ним во всех экспедициях, и он знал, что в гостинице его всегда ждут горячий чай, крепкий кофе. Как шутила одна наша общая подруга: «Ты по-настоящему за мужем». У нас дома было чисто и вкусно, он так хотел. Совершенно несовременный человек во всем – в своем отношении к жизни, к женщинам. Он был главой семьи: три его женщины и он (с нами стала жить его мама). Олег один работал на всех. Когда привозил из поездок деньги, широким жестом вынимал их из внутреннего кармана и веером швырял на пол. Он умел оставлять за дверью все, что не стоит вносить в дом, – запачкает. Вытирал ноги и входил, отбросив за порогом все сторонние неприятности, обиды, несыгранные роли, зависть коллег. Если он чувствовал, что у нас дома проблемы – кончились деньги, начались болезни, все вокруг мрачнеют, – бодро говорил: «Не вздухайте, старухи, все будет хорошо». И чтобы поднять дух своих женщин, придумывал себе роль – изображал старика. Весь вечер был старым-старым, даже когда оставался один в комнате (я специально подглядывала). Надевал потертый длинный халат, шлепанцы, шаркал ногами и все время подкашливал. Хулиганил по-стариковски, например, сидим перед телевизором, он подходит, поворачивается к нему задом и «пукает». И почему-то помню пронзительную мысль в голове: «Он никогда не будет старым!»

Многие удивлялись: «С ним так трудно жить!» Ничего подобного! Он был легкий, умел ценить и любить, умел жертвовать, никогда ничего не просил взамен. Редко дарил цветы, потому что не представлял себя идущим по улице с букетом. Помню, когда мы жили на Новаторов в «хрущевке», он заставил шофера такси подъехать к дому прямо по полю в страшных ухабах – Олег был с букетом и не хотел с ним идти через двор.

Он мог уговорить любого на что угодно! В Нарве, когда только начал ухаживать за мной, чтобы произвести впечатление, уговорил милиционера поехать с ним в Усть-Нарву и меня «арестовать». Мы с подругой только легли спать, как раздался стук в дверь: «Откройте! Елизавета Апраксина здесь живет?» Мы к окну – стоит «воронок», на переднем бампере сидит мужик в белом свитере. Моя подруга всплескивает вдруг руками: «Это Даль!» Я спускаюсь к нему и начинаю плакать. Он просто ахнул: «Боже! Извини! Не хотел тебя пугать. Выпил с ребятами и рассказал, что тут недалеко моя любимая девушка живет. Они согласились поехать и тебя в шутку арестовать».

– А как он относился к славе?

Свой дом он закрыл от всех. Когда его спрашивали о славе, он отвечал, что мечтает о бронированной двери и бронепоезде, чтобы на нем ездить по Москве. Если его останавливали на улице старушка или ребенок с просьбой об автографе, мог забыть все – что у него спектакль, съемка, останавливался и долго разговаривал... А если девочки всякие... Он ненавидел, когда его узнавали, никогда не пользовался своей известностью, всегда ходил в надвинутой на лоб кепке и поднимал воротник. Однажды мы отправились искать ему теплое пальто. Пришли в комиссионку, копаемся, ищем, и тут девушки-продавщицы его узнали: «Олег Иванович, ну что ж вы нас не попросите? Давайте мы вам поможем – позвоним, когда будет пальто». Через некоторое время они действительно позвонили, мы приехали и купили хорошую меховую куртку. Олег заставил меня сунуть им деньги, они сопротивлялись, вышла целая история. А потом я просто забегалась носить девчонкам контрамарки в «Современник».

– Его как-то назвали Моцартом в своей профессии, как он отнесся бы к этому?

Он бы согласился, хотя был требовательным и безжалостным к себе до злости, всю жизнь занимался самоедством. Он бежал впереди времени, а время так его и не догнало. Я никогда не говорила ему, что он гений, но, думаю, он сам об этом догадывался. Его характеризуют несыгранные роли, а отвергнутые. У нас в туалете лежала огромная пачка сценариев, от которых он отказался. У него была масса предложений сыграть что-то партийное, советское, за которое он получил бы большие деньги, звания... Все отвергалось на корню. Ни за одну его роль сейчас не стыдно. Нет, Матвеевым он не был. Как-то на одном выступлении Даля по ошибке назвали народным артистом. Олег вышел после этого на сцену и сказал: «Вы знаете, тут вышла одна ошибочка. Меня назвали народным артистом, а я скорее инородный». У него всего одна премия за телевизионный фильм, и то посмертная: хрустальный кубок, очень тяжелый и нелепый. Мы в него цветы ставим. Олег был очень застенчивым человеком, скромным и работал не для благ и наград. Одну историю о нем мне как-то рассказал Миша Козаков. Они оказались в одном номере гостиницы вместе с Дином Ридом. Дин весь вечер пел и играл на гитаре и все хвастал при этом, сколько у него золотых дисков. Потом они выпили, и Олег сказал ему: «Ну-ка, дай гитару». И запел, перебирая струны своими уникально длинными пальцами: «Эх, дороги, пыль да туман...» Рид выкатил глаза от восхищения: «Простите, а сколько у вас золотых дисков?» Олег добродушно усмехнулся: «Да пошел ты...»

– Предчувствовал ли он свою смерть?

Олег не собирался умирать, но, как человек с очень тонким восприятием, последние полгода подсознательно чувствовал, что скоро умрет. Понимал, что Это будет, что он Готов, что Знает. Иной раз говорил мне такие вещи...

Нам повезло в конце его жизни – сняли по дешевке дачу в Монино. Пол-января и весь февраль прожили в чудном доме. Я как-то вошла из кухни в громадный зал – он сидел на полу и смотрел какой-то мультик по телевизору. Маленький и с таким грустным-грустным затылком. Я подошла сзади: «Что с тобой, Олежечка?» Он даже не повернулся: «Мне так жалко вас всех троих». Я поняла, что он имеет в виду наших мам и меня. Это было буквально за две недели до его смерти. Олег, между прочим, был очень скуп на слова. Когда мы уезжали с дачи, у меня разболелась печенка. Он никогда не любил говорить нежности, хотя страшно мучился от жалости. Я старалась незаметно скрючиться. Он неожиданно спросил: «Болит?» – «А, ерунда! Сейчас приедем, я тебя соберу в поездку. Найду кипятильник, приготовлю изюм, сухарики». Он меня вдруг перебил: «Нет, сначала ты залезешь в горячую ванну, выпьешь таблетку, налепишь пластырь... Тебе надо быть сейчас очень здоровой». А я даже не подозревала, что он знает, как я лечусь во время приступов. Это было за два дня до его смерти – 1 марта он уезжал в Киев на съемки. Обычно, чтобы скрыть жалость, он ворчал: «Ну вот! Опять съела что-то или подняла тяжелое. Будешь знать!» Последний месяц он, такой скупой на слова, разбаловал меня вниманием, словами и похвалами, чего не было за все десять лет.

Когда он умер, у нас начались долгие судебные разбирательства с его сестрой из-за квартиры. Мы когда-то съехались с его мамой и получили четырехкомнатную квартиру на Смоленке (Олег всегда мечтал жить в центре и чтобы из окна были видны крыши). Сестра Олега с мужем вдруг решили прописаться у нас. Они выкрали его мать и от ее имени подали иск. Мы с Олей чуть не покончили жизнь самоубийством, нас спасла наша собака... В этой квартире я могу жить, только потому что блокадница – пенсия в тысячу рублей не позволила бы мне эту роскошь. Я не могу уйти из этого дома – здесь стены дышат Далем. Но и просить никогда ничего не буду – он бы мне этого не простил.

– А как он умер? Кто был с ним рядом?

Вместе с ним в Киеве в его последнем фильме снимался Леонид Марков. Потом он, говорят, рассказывал: когда в тот день актеров привезли после съемок на машине в гостиницу, первым вышел Даль и в ответ на общее: «До завтра!» сказал: «Прощайте!» Тогда все подумали, что он шутит. Наутро его не стало. У него было очень слабое сердце, во сне оно остановилось. Когда Олега нашли, кто-то вспомнил, как на похоронах Высоцкого Олег вслух сказал: «А теперь моя очередь». Он погиб в 39, в том возрасте, когда скорее всего умирают от пули. Даля действительно легко представить на дуэли: всю свою недолгую жизнь он был в состоянии неистовой драки...

Сейчас рядом с ним на Ваганьковском лежит моя мама – Оля, как сразу же после знакомства стал ее называть Олег, а вслед за ним и я. Они были необыкновенно близки – теща и зять. Оля в 92-м написала записочку: «Прошу мой прах развеять над могилой Олега». Мы с подругой (Ларисой Мезенцевой - Г.Л.) выполнили ее завещание и часть праха развеяли. В августе шли дожди, и мы, приезжая на кладбище, поражались: могила Олега долго была усеяна серебристым прахом его любимой Олечки.

источник
omnibus2012: (украина)
Продолжаю познавать обратную сторону жизни нашей церви. Чем больше читаю, тем больше понимаю, что земная церковь для меня фактически теряет смысл. Жалко расставаться с этим, но жизнь без иллюзий лучше, чем с ними...
Оригинал взят у [livejournal.com profile] diak_kuraev в Святой кипяток
В Магадане - скрепотрясение.

Началось все с желания архиепископа порадовать губернатора "Гимном магаданской епархии". Гимн написал лично владыка. Но на банкете после праздничного концерта выяснилось, что певица исполнила гимн недостаточно громогласно, и губернатор не все слова расслышал.

Сия весть настолько потрясла архиепископа Иоанна, что только что полученный стакан с горячим чаем он тут же выплеснул в лицо своего протодиакона - организатора торжеств. Протодиакон оказался в больнице (хоть и не с ожогами, но с нервным потрясением).

Сам владыка ссылается на усталость и на то, что чай случайно оказался у него в руках.

Все произошло на глазах местной знати и прессы. Понятно, что все вышеперечисленные об инциденте молчат.
Read more... )
omnibus2012: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] f3 в Как правильно критиковать. Мануал
Давно надо было написать этот мануал. И я буквально весь последний год собиралась, каждый раз, когда встречала фразы вроде

  • «ну вы же это написали, значит, должны быть готовы к критике»,

  • «вы неадекватно воспринимаете критику»

  • «вы обижаетесь на заслуженную критику»

  • «вас, видимо, нельзя критиковать, а можно только хвалить»

  • «я просто даю вам обратную связь»

  • «я вам помочь хочу, а вы!»

  • «это интернет, детка»

И так далее, и тому подобное.

Молчать больше не могу. Пишу.

Люди! Большое вам спасибо, что вы такие неравнодушные. Это невероятно круто, когда кому-то настолько тревожно за других, что он не жалеет времени и знаний на комментарии и критику. Это очень ценно, и это, правда, важно. Берегите, пожалуйста, в себе это неравнодушие.

Только вот насчёт того, что вышесказанное – именно критика, вас кто-то жестоко обманул.

То, что у нас называется критикой и приправляется всеми этими видами соусов, на самом деле даже близко ею не является. К сожалению, критиковать нас всех не учат - ни в школах, ни вообще где-либо (разве что, в литературном вузе). Зато нас всех учат жёстко и даже агрессивно относиться к себе и другим. Поэтому под видом критики множество хороших людей пытается пропихнуть друг другу агрессию, обиды, претензии, дискомфорт, непрошеные советы, картинку, корзинку, картонку и маленькую собачонку. Чем часто делает друг другу незаслуженно больно. А настоящей критики, которая бы стимулировала развиваться – и которая действительно очень нужна! - в итоге очень-очень мало. Буквально с фонарями и лопатой надо искать, и то сомнительно, что найдётся.

Давайте же поговорим про критику, про то, как делать хорошо и как, по возможности, не делать плохо - и попробуем изменить наш мир к лучшему. А? А?


Итак, что такое критика? Это анализ, оценка и разбор какого-либо произведения, явления или продукта (и даже человека), с указанием возможностей улучшения.

Какая у критики цель? Как ни странно, но - помочь её объекту в том, чтобы улучшить себя или своё творение, стимулировать на развитие. Правильная критика вызывает хорошие чувства и положительно мотивирует, потому что объект критики понимает: он не один, ему помогают, за качество его работы переживают из позиции «плечом к плечу».

Человеку русской культуры с предыдущим абзацем обычно хочется не просто поспорить, а разнести его в пух и прах, потому что в голове он никак не укладывается. И у этого есть причины: дело в том, уважаемые читатели, что мы с вами выросли в очень жёстких условиях, в которых пряников было мало, а кнутов – гораздо больше, чем хотелось бы. Я имею в виду даже не столько семьи (хотя и их тоже), а условия в целом, ту среду, которая нас окружает много лет. Для этой среды типично массовое «недержание негативного аффекта», то есть, абсолютная нормальность публичных реакций любой степени жёсткости на всё подряд, без оценки - уместны ли они, адекватны ли они.

У этого, в свою очередь, тоже есть причины:
Read more... )

omnibus2012: (Default)


От себя.

(а) Адресанта знаю два года, никаких сомнений в нем нет.
(б) С потерпевшими списался, люди подтверждают, даже назвав имя "решалы".
(в) Понимаю, что кто сидит у речки, того и рыбка, но ничего хорошего в сюжете не вижу.

Ergo, если кто-то влиятельный в Луганске огорчится и заинтересуется, все данные у меня.



omnibus2012: (Default)

Осип Брик, Лиля Брик, Владимир Маяковский.

Иван Бунин

Галина Кузнецова (стоит), Иван Бунин (в центре), Вера Бунина и Леонид Зуров, 1933 год.

Иван Бунин и Вера Муромцева жили в браке счастливо до тех пор, пока писатель не привел в дом Галину Кузнецову, которая была младше его на 30 лет. Бунин поставил жену перед фактом: Галина – его личный секретарь, ученица, приемная дочь, и она будет жить с ними. Вере Муромцевой пришлось смириться с любовницей. Женщины терпели друг друга около 10 лет, пока в доме писателя не появилась девушка Марга, к которой и ушла Галина, повергнув Бунина в настоящий шок.

Владимир Маяковский

Лиля Брик и Владимир Маяковский.

Знакомство Владимира Маяковского и Лили Брик состоялось в 1915 году. Сестра Лили Эльза привела поэта в гости к Брикам, где любили собираться творческие личности. Страстный Маяковский тут же влюбился в хозяйку. Он стал посещать новых знакомых каждый день, посвящал Лиле практически все свои стихи. Через некоторое время Маяковский и вовсе попросился жить к Брикам, объясняя это тем, что «влюбился безвозвратно в Лилю Юрьевну». Осип Брик относился снисходительно к увлечениям супруги и противиться не стал.

В интимных отношениях Лиля и Маяковский верности друг другу не хранили. Но когда друзья поэта пытались укорить поэта в странной связи с Брик, то он криками заявлял: «Запомните! Лиля Юрьевна – моя жена!» или тихо бормотал: «В любви обиды нет».

14 апреля 1930 года Владимир Маяковский покончил с собой. В предсмертной записке среди прочего были слова: «Лиля, люби меня».

Александр Блок

Андрей Белый, Любовь Менделеева и Александр Блок.

Брак Александра Блока с Любовью Менделеевой был только платоническим. Поэт на тот момент зачитывался работами Владимира Соловьева о Мировой душе и Вечной женственности, поэтому в своей жене он видел идеал и только посвящал ей стихи. А за плотскими утехами Блок ездил в публичные дома. Такая ситуация приводила Любовь Менделееву в отчаяние, поэтому после нескольких признаний в любви поэта Андрея Белого, она приняла его ухаживания.

Эти отношения повергли всех в депрессию на целый год. Для Александра Блока образ идеальной жены был разрушен, Андрей Белый тоже грозился покончить жизнь самоубийством. В конце концов, Любовь Менделеева вернулась к мужу, но изменять друг другу они не перестали.

Зинаида Гиппиус

Зинаида Гиппиус, Дмитрий Мережковский и Дмитрий Философов.

Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус прожили вместе 52 года. Но в их понимании, как и у многих других писателей Серебряного века, понятие института брака было искажено. Супруги могли часами сидеть рядом друг с другом и рассуждать обо всем на свете, но интимной близости у них не было. Зато Зинаида Гиппиус эпатировала публику своим увлечением и мужчинами, и женщинами. Особенно ее привлекали мужчины нетрадиционной ориентации. Гиппиус будто считала своим долгом «наставить их на путь истинный».

Литературный критик Дмитрий Философов стал именно тем предметом вожделения писательницы, не достижимым в физическом плане. Сам же Философов говорил: «При страшном устремлении к тебе всем духом, всем существом своим, у меня выросла какая-то ненависть к твоей плоти, коренящаяся в чем-то чисто физиологическом».

К теме любовного треугольника очень часто обращаются и в литературе, и в кинематографе. ТОП-10 любовных треугольников в фильмах невольно заставляют зрителя принимать одну из сторон и сопереживать главным героям.

Источник

Riverdance

Nov. 24th, 2016 07:54 pm
omnibus2012: (Default)
The Irish Riverdance is one of the most prestigious Irish step dancing companies in the world.

Profile

omnibus2012: (Default)
omnibus2012

April 2017

S M T W T F S
       1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 07:31 am
Powered by Dreamwidth Studios